– Живём здесь, никому мы не мешаем никому, и нам никто, как видишь, не мешает.
– А в магазин как добираетесь без лодки? Хлеб не растёт на поле, огорода нет. Выходит, нет картошки.
– А нам не нужно много. Соль есть всегда, корочка хлеба. Кролы, рыба в реке и жабы.
– Так нет же кроличьих домов здесь рядом.
– Они прекрасно под землёй живут.
– А крысы? Их не трогают?
– Крысы отдельно, кролики отдельно. Крысы боятся кроликов подземных, те забивают насмерть их, если, какая-то надумает дурное, – полакомиться их детёнышами.
– Не слышал никогда об этом. А, что зимой они едят?
– Покармливаем понемногу. Травы растёт, вон сколько. Покоса хватит. Кустарники прорежу. Ветку грызут, словно конфету.
– Может, Вам, что-то привезти? Не трудно мне, – смотаться в город, Артём, от сердца предложил.
– Нет, нам не нужно. Всего вдоволь, как говорил уже. В этот момент Артём заметил кролика, неторопливо пробежавшего, с избушкой рядом, затем другого. Присмотревшись, увидел и в других местах – пятнышки светлые, то появляющиеся, то исчезающие на холмах, с кустарниками рядом.
Открылась дверь в избушке и, Артём остолбенел.
Стояла на пороге в красном сарафане с большими синими глазами девушка, с двумя, спускающимися до талии с груди, словно канаты, косами. Она была похожа на Варвару – красу из старой русской сказки. Короткий сарафан с большими вырезами на груди, бокам, скорей всего, и на спине, подчёркивал изящество и красоту форм тела, стан. Грудь, высоко вздымалась при дыхании, казалось, – сарафан не сможет удержать, но, как ни странно, грудь не выпадала. Смотря на человека недовольным взглядом, спросила девушка:
– Ты отчего в дом гостя не позвал? Чтобы подумали о нас неважно?
Строго смотря, то на неё, то на Артёма, ответил тот небрежно:
– Не гость он вовсе. Бродят здесь….
– Артём хотел бы задержаться и пообщаться с девушкой из сказки, но видя поведение хозяина избушки, прекрасно понял, – против их, общения. Ему пора отсюда убираться.
– Спасибо Вам за приглашение, ответил он красавице, в таком я виде… В плавках, ведь не ходят в гости. Он прав, наверное. Вы извините.
– Тем более без смокинга, ответила, смеясь, прекрасная Варвара. Лучше быть в плавках, чем без….
– Плавок, смокинга? – ей подыграл Артём, неловко.
– Без смокинга, наверно, лучше, чем без плавок, Варвара улыбнулась.
И, поклонившись, не свела с ума, за малым, видом прекрасных форм своих, в дом пригласив на чашку чая.
– Проще всегда ведь лучше.
Косясь на человека, видя по улыбке странной, что тот не против – быть хозяином, Артем, вошёл в избушку.
Внутри избушка оказалась больше, чем с поля показалась. Мебель старинная, в стиле – ампир, в убранстве доминировала помещения. Формы архитектурные, – стереобаты и колонны в мебели, формы кривые – сабли и косые ножки кресел, изящно сочетались с силуэтами прямыми – древнегреческого, древнеримского искусства, – шкафов, пирамидальных горок и комодов, украшенных латунью.
Артём, не в состоянии ни то, что шаг был сделать, и слова не мог сказать. Он растерялся, понимая, подумают о нём, что из глухой деревни. Так и стоял.
– Ты проходи, гость дорогой, к дивану – позвала девушка, к столу большому, на колонне – тонкой ножке.
На нём фарфоровые чашки мгновенно появились, варенье из поречки чёрной в вареньице хрустальной. Красавица, чай заварив, присела рядом, легонечко руки касаясь.
– Пускай немного постоит, заварится, произнесла игриво, весело. А мы поговорим между собой, немного полюбезничаем. К нам редко гости в таком виде – без смокинга приходят, такие симпатичные, растерянные и, случайные.
Диван большой был, много места, Артём хотел, ради приличия, немного отодвинуться от девушки, но передумал, в последнюю секунду, испугавшись, что вдруг обидит этим девушку.
Почувствовав приятный аромат, пьянящий, волной идущий от неё, поплыл. Руки дрожали и он ложечку, случайно уронил. Стыдясь неловкости, нагнулся, не заметив, что девушка нагнулась так же. Уткнувшись в вырез сарафана на груди лицом, он растерялся, извиниться попытался, но бормотание похожим стало, на лобызание груди красавицы, понравившееся ей, до изнеможения. О страсти, можно не рассказывать, пока нос не проснулся и не почувствовал вонь тины и болота. Он осмотревшись, понял, – на траве лежит с запахами гнилостными, с кем-то. В ней он узнал старуху страхопетрю, с кем трижды встретился в Пустошкино.
Артём вскочил и к реке бросился. Лодка была на месте. Запрыгнув в лодку, сильно оттолкнулся шестом от берега и по течению реки поплыл с огромной скоростью. Пришёл в себя за поворотом, увидев улицы издалека. На автостопе, под сопровождение собравшихся на берегу лягушек, доплыл так до стоянки лодки.
Поднявшись по крутому спуску, чтобы зайти в пивную, где залпом осушил бутылку пива и лишь, потом стал вспоминать произошедшее, прекрасно понимая, – не просто так, в красавицу старуха превратилась, чтобы пытаться совратить. Здесь было, что-то большее, чего не мог понять. Пустошкино от Чашник находилось неимоверно далеко. Уму – непостижимо, с чем связана, с старухой встреча, для чего?
– Довольно слабо развито мышление моё, нет знания воспринимать потусторонние, энергии и силы, он сокрушённо понимал. Не в первый раз общался с силами потусторонними, но так и не узнал, не только свойства и секрет, – природу.
Спустившись вновь к воде, отправился на пляж, прилёг позагорать, чтобы расслабившись, как будто задремав, все мысли привести в порядок, попробовать всё вспомнить снова. Возможно, и удастся, упущенное при сумбуре действий, что-то в мозгу, словно виденье, отыскать.
Но полежать не дали. Пришедшие товарищи, в воде играть позвали, затем им пива захотелось выпить и, в карты поиграть, мешая думать, соображать.
Артём «созрел» по времени, – через пол дня, чтобы проверить, что произошло. Позвав товарищей с собой, отправился вверх по реке. Но, как он не искал, между кустами промежутка не нашёл, с тропинкою к избушке. Были похожие места, но проходя через кусты, не находил избушки. Так, поблуждав, часа два-три, наслушавшись бурчаний, недовольства, отправились обратно, без результата и, без настроения.
Идти на танцы не хотел. Устал. Отправившись к мосту, решил ночь провести в вагончике на берегу реки.
К мосту дорога шла у кладбища. Оттуда слыша, что зовут, ответил недовольно.
– Вы извините, но со мной сегодня, довольно много было приключений, и мне не хочется попасть ещё в одно. Я не преблажный. Извините.
В ответ услышал хохот и, всё стихло. Он, оборачиваясь, шёл к мосту. Луна дорогу освещала ярко. У городка вагончиков, немного успокоился, хотя был там один. Но в этом месте не витала энергетика, создав шквал беспокойства.
К ручке двери вагончика прикреплена лягушка, ещё холодная, убитая недавно. Отбросив в сторону, открыл свободно дверь, вошёл в вагончик. Здесь было всё в порядке. Спать не хотелось, читать нечего. Пришлось отдаться мыслям и вопросам.
Вопросы с мыслями посыпались, не соблюдая очередь. Ему, внезапно показалось, что он нашёл ответ на свой вопрос извечный, – рождённый человек, не помнит ничего из прошлых жизней и ошибок. – Ему дана возможность, исправляться, без прошлого отягощения, пройдя через ошибки новые. Короткий срок у жизни, дан им во благо, чтобы не мучиться, неся от прошлой жизни карму
Чтобы сбить с истинной дороги, придумано немало способов и направлений, к примеру: мазохизм [18], непогрешимость, вера в абсолют, для воплощений зла…, или добра, намеренное искажение правдивой информации. Поэтому, ответов не находим на многие вопросы.
15
Одни забьются в угол и, молятся смиренно, другие исступлённо, дать просят благодать себе, родным, друзьям, – третьи иллюзии пытаются создать, бороться, как им видится – за благородное; – четвёртые, подумав, что себя создали, как личность, путь, свободы ищут истинной, избрав дорогу трудную, невзгоды.
Не познавая горя, не сможешь счастья оценить ушедшего.
Он понял, что хотел ответить ночью дух, в доме родителей Василия, когда спросил, – злой дух он или нет?
Отдельно Зла не существует без добра, ведь света нет без тьмы. Добру необходимо Зло, – силу даёт ему оно к противоборству и существованию. Исходят Зло, Добро от Абсолюта – Господа. Они величественны, беспристрастны в вечности – ему и многим, непонятной.
– Голос вновь зазвучал, будто дух рядом был, – …. создание Зла – Сатана….
Я вижу, – рано говорить о нём с тобой, как и о том, зачем я здесь, сегодня… Горит свеча твоя неярко. Кем был, тем и остался.
– А кем же должен был остаться, – хотел спросить Артём у духа, и понял, что не он пытается с ним говорить, – настырность, злость, лезет наружу.
Он извинился и, задал вопрос.
– Я понимаю, ты считаешь, что со мной, не только рано, бесполезно говорить о Сатане. Но я хочу узнать, кем создано Зло мировое – Сатана и, для чего? Не нашим Господом?
